• Han's Laser - мировой производитель и поставщик лазерного промышленного оборудования: 2D и 3D резка, лазерные труборезы, станки раскроя с рулона, лазерная сварка, системы автоматизации.

    СТМ - эксклюзивный партнер Han’s Laser в России

    Реклама. ООО "СТМ", ИНН 7719844990
    erid: F7NfYUJCUneLr2pRTbHY
    Узнать больше
  • 6 декабря 2022
    Фото: freepik.com

    Металлургическое производство: безопасность во главе угла

    Уж сколько раз твердили миру, что безопасность на металлургическом предприятии — это некий фундамент, без которого невозможно себе представить производственный процесс. Хотя «фундамент» может периодически давать трещины, число несчастных случаев в отрасли всё же постепенно сокращается. Однако металлургия не просто так заслуживает статуса одной из самых опасных отраслей промышленности, поэтому в очередной раз обсудить тему безопасности никогда не будет лишним.

    Немного статистики

    Чтобы не быть голословными, обратимся к цифрам, ведь они точнее обрисуют положение отечественной металлургии. Если заглянуть в годовой отчёт о результатах деятельности Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору за 2020 год, можно увидеть, что число опасных металлургических и коксохимических предприятий в России составляет 1 293 единицы, что на 252 меньше, чем в 2019 году. Из них 20 — это объекты первого класса опасности.

    В 2020 году на металлургических производствах погибли 9 человек. Это на 2 летальных случая меньше, чем в 2019 году. Однако о положительной динамике говорить сложно, поскольку число аварий на промышленных предприятиях, напротив, выросло на одну единицу. Конкретно в 2020 году произошло 3 аварии на производствах ООО «ВКМ-Сталь», ПАО «Северсталь» и ООО «Унечский завод тугоплавких металлов».

    Те, кто хочет увидеть более свежие данные, может это сделать, ознакомившись, к примеру, с отчётом Сибирского управления Ростехнадзора за 2021 год. Всего в 6 субъектах РФ, подведомственных организации, расположено 87 опасных производственных объектов металлургической и коксохимической промышленности.

    В 2021 году на сибирских металлургических предприятиях не произошло ни одной аварии, однако это не привело к отсутствию несчастных случаев со смертельным исходом. Всего за год погибли 3 специалиста отрасли.

    Отметим, что в целом по стране сокращается число происшествий со смертельным исходом на металлургических производствах: в 2018 году — 14, в 2019 году — 11, в 2020 году — 9, — что не может не радовать.

    То, какие меры принимаются, чтобы сделать металлургическое производство более безопасным, обсудили участники Всероссийской промышленной недели — 2022.

    Металлургическое производство
    Фото: freepik.com

    Динамическая оценка рисков

    Принцип динамической оценки рисков на производстве участникам сессии «Комплексное обеспечение безопасности в металлургии» представила Мария Сирица, начальник управления

    «Проектный офис» группы компаний «НЛМК». Всего на предприятиях «НЛМК» трудятся 50,6 тыс. человек, согласно данным компании. Согласитесь, руководить таким количеством сотрудников и следить за охраной труда на производстве — большая ответственность.

    Собственно, поэтому специалистам металлургической компании нельзя стоять
    на месте и не усовершенствовать инструменты регулирования рисков. Один из последних — это и есть та самая динамическая оценка рисков.

    Правда, Мария Сирица сразу отметила, что принцип нельзя назвать новшеством «НЛМК».

    «Если посмотреть на инструмент управления рисками в целом, по сути, он есть у разных компаний, единственное, может отличаться в названии. Где-то это называется методика «Пять шагов», где-то — оценка рисков GSA, где-то — динамическая оценка рисков, как и у нас».

    Прежде чем разобраться, что это за принцип и с чем его едят, стоит узнать причины внедрения динамической оценки рисков на предприятиях «НЛМК».

    «Зачем мы взяли в копилку ещё один инструмент? Если проанализировать результаты расследований, то порядка 70% несчастных случаев, к сожалению, происходит из-за недооценки рисков сотрудниками перед началом работ. То есть потенциально эту долю случаев могли бы предупредить, если бы сотрудник предпринял определённые действия.

    Кроме того, есть такой естественный фактор, как страх работника. Даже если он видит опасные условия, то думает: «Что обо мне скажут руководитель, коллеги, если я остановлюсь?». Тем самым работник, понимая, что могут быть последствия, всё равно берёт риск на себя», — рассказала г-жа Сирица.

    То есть можно сказать, что за необходимостью использовать динамическую оценку рисков на производстве отчасти стоит психологический фактор. Страх разочаровать других людей своей неспособностью выполнить работу, пожалуй, присутствует у всех, не только представителей металлургической отрасли. Что же предлагают специалисты «НЛМК», чтобы решить этот сложный вопрос?

    «Динамическая оценка рисков включает механизм определённых коммуникаций между работником и руководителем. Рабочий день должен начинаться с грамотной коммуникации, а именно инструктажа.

    Руководитель задаёт работнику открытые вопросы: «А как ты будешь выполнять задание? Какие средства защиты применишь?». Так мы узнаём, есть ли у сотрудника понимание, что делать. Если его нет, руководитель может провести оперативную коррекцию», — начала объяснение эксперт «НЛМК».

    Затем, как отметила г-жа Сирица, производственный процесс строится по довольно известной методике пяти шагов:

    1. сделай паузу, продумай работу;
    2. оцени существующие риски;
    3. выбери меры защиты;
    4. реши, что делать в экстренном случае;
    5. прими решение начинать работу или нет, если есть опасные условия.

    И последний этап — совместно с руководителем принять меры для возобновления производства в безопасных условиях.

    По словам спикера, динамическая оценка рисков систематизирует различные решения по охране труда. Помимо вышеуказанного, к ним относятся обучение сотрудников и «наставничество», что подразумевает проверку знаний на практике.

    Порядок действий кажется логичным, технически выверенным, но как быть с психологической составляющей, о которой шла речь ранее?

    «Кампания по приостановкам небезопасных работ включала несколько шагов. Первый — гарантия от первого лица «НЛМК», что в случае приостановки небезопасных работ к сотруднику не будут применять никаких санкций. Второе — встречи руководителей с сотрудниками в целях подкрепления доверия.

    На круглых столах разбирают примеры рисков, подтверждают, что специалист имеет право не выполнять работу в определённых условиях. Кроме того, в корпоративных СМИ мы делимся позитивными примерами, как сотрудники выявили опасность и заявили о ней», — рассказала Мария Сирица.

    Спикер также отметила, что специалисты «НЛМК», разработавшие новый принцип, внедрили его в давно действующую электронную систему предприятия.

    «Новый инструмент априори вызывает отторжение, поэтому мы просто сделали надстройку по приостановкам в работе к нашему сервису «Заявление об опасностях». Тем самым мы получаем полную базу данных, а у сотрудников нет негатива, потому что им не приходится делать дополнительную работу».

    Резюмируя, г-жа Сирица назвала главную задачу нового инструмента по охране труда на металлургических предприятиях «НЛМК». В идеале с помощью системы, о которой шла речь, можно «развить у работника навык ситуационной оценки рисков на местах».

    «Мы можем наблюдать достаточно хороший показатель вовлечённости рабочих. Фактически каждый третий зарегистрировал опасное событие на производстве. Относительно прошлого года нам удалось достичь порядка 29% снижения количества случаев травмирования», — поделилась результатами внедрения новой системы г-жа Сирица.

    Металлургия
    Фото: freepik.com

    Цифровые решения

    Александр Лазуткин, директор по промышленной безопасности, охране труда и окружающей среды АО «Оскольский электрометаллургический комбинат имени А. А. Угарова» в составе ООО УК «Металлоинвест», рассказал участникам сессии о цифровизации процессов производства.

    По мнению спикера, работа на металлургическом предприятии должна непременно сопровождаться автоматизированной системой управления охраны труда и промышленной безопасности.

    Первое цифровое решение, которое использует компания, — видеоаналитика. Камеры снимают вход рабочих в опасные зоны и фиксируют, применяет человек средства индивидуальной защиты или нет.

    «Когда мы движемся по трассе, видим знак и понимаем, что впереди будет стоять камера, то автоматически сбрасываем скорость. Ведь мы понимаем, что можем получить штраф. Так и на производстве. Люди, узнав, что работают камеры, действительно, меняют свой взгляд на вход в опасную зону и применение СИЗ.

    Но этот процесс нужно постоянно мониторить. Когда рабочие привыкают к камерам и понимают, что с них не спрашивают за нарушение правил, этот инструмент вообще перестаёт работать», — привёл сравнение г-н Лазуткин.

    Как отметил эксперт, чтобы работа сотрудника в опасной зоне без средств защиты не прошла бесследно, камеры настроены таким образом, что могут передавать сообщение руководителю структурного подразделения. Кстати, любой сотрудник комбината может ознакомиться с тем, какие СИЗ ему следует использовать, при помощи одного из мессенджеров.

    На металлургических производствах нередки несчастные случаи, связанные
    с выбросом газа. Так, согласно отчёту Ростехнадзора, в 2020 году на Оскольском металлургическом комбинате один сотрудник погиб из-за того, что производил газоопасные работы, не указанные в наряде-допуске, без контроля должностных лиц.

    Однако металлургическое предприятие работает над тем, чтобы не допустить подобного. Как рассказал г-н Лазуткин, в течение двух лет на комбинате установили 62 стационарных газоанализатора, позволяющих проводить мониторинг загазованности территорий. Помимо этого, компания занимается мониторингом пиротехнических сооружений.

    Ещё одно цифровое решение, которое внедряют на производстве, — приложение «Линейный обход».

    «У каждого мастера, начальника участка есть возможность воспользоваться «Линейным обходом». Разработка позволяет фиксировать нарушения безопасности, выявленные при мониторинге структурных подразделений, прикреплять фото. Сразу оговорюсь, мы не только плохое фиксируем, но и хорошие практики», — пояснил спикер.

    Кроме того, предприятие оцифровало процесс обучения и тестирования сотрудников. Пусть металлургам старшего поколения это решение не сразу пришлось по душе, положительные стороны этого решения налицо, поделился г-н Лазуткин.

    «Тестирование работников с применением тренажёров для отработки навыков безопасного выполнения работ при помощи подъёмных сооружений — это один из блоков, который мы запустили в этом году. Дополнительная проверка знаний никогда не бывает лишней. Сразу скажу, что система не понравилась людям, приближённым к пожилому возрасту, потому что компьютерные программы — это для них сложно, молодёжь-то на раз щёлкает. Но, если они проходят тестирование второй раз, это уже не вызывает таких сложностей».

    Целеполагание и комплексная оценка

    Следующий докладчик Алексей Мордвинов, начальник управления по безопасности труда АО «Выксунский металлургический завод» в составе АО «ОМК», рассказал участникам сессии о целеполагании и показателях, которые позволяют комплексно оценивать системы безопасности на предприятии.

    «Все прекрасно знают эту фразу: нельзя управлять тем, что невозможно измерить, но всё, что измеримо, можно достичь», — так образно начал своё выступление г-н Мордвинов.

    Дело в том, что ранее в число годовых целей «Объединённой металлургической компании» не входил показатель безопасности производства («то, что невозможно измерить»). Соответственно, при таком подходе руководства отношение сотрудников к безопасности было «второстепенным», объяснил спикер.

    Конечно, нельзя сказать, что «ОМК» не использовала никаких параметров для оценки уровня безопасности. Г-н Мордвинов отметил, что руководители металлургических цехов и мастера применяли коэффициент несчастных случаев LTAFR (соотношение числа смертельных случаев, травм с временной потерей трудоспособности и лёгких травм). Но специалисты предложили другое решение, на их взгляд, более эффективное для оценки безопасности.

    «Мы взяли все показатели, которые отслеживаем по безопасности: бытовой травматизм, происшествия, выявленные опасности и прочие, — и соединили в одном IDPSS (индексе развития систем безопасности и производства). Кроме того, мы разделили показатели, входящие в него, на проактивные и реактивные, или то, на что можно повлиять, и то, с чем работаем постфактум.

    Проактивные и реактивные показатели должны быть абсолютно сбалансированы. IDPSS как раз-таки помогает с целеполаганием. По ВМЗ мы поставили цель 8,85 на 2022 год, на данный момент индекс составляет 8,91.

    В последние 4 месяца IDPSS снижается за счёт роста травматизма на производстве, но за счёт проактивных показателей мы ещё держим эту планку на уровне целевых значений», — объяснял г-н Мордвинов.

    Средства и заинтересованность

    Алексей Мордвинов затронул ещё одну важную тему, отметив, что главный принцип, на котором должна держаться промышленная безопасность в металлургии, — приверженность.

    «Приверженность — это когда у руководителей есть желание тратить деньги, время и силы на улучшение безопасности на производстве», — заявил эксперт.

    Мнение спикера в своём заключительном слове поддержал модератор сессии Павел Захаров, директор по охране труда и промышленной безопасности ПАО «НЛМК». По его словам, успеха добиваются те предприятия, руководители которых готовы находить ресурсы на культуру безопасности на производстве.

    То, что финансовые вливания могут повлиять на безопасность отрасли, периодически отмечает в своих отчётах Ростехнадзор, напоминая о проблеме изношенности производственных фондов. Так как некоторые российские металлургические предприятия функционируют ещё с 30-60-х годов прошлого века, средства на модернизацию нужны значительные.

    Итак, своевременное обновление производственных объектов, капитальные ремонты и экспертизы, цифровизация процессов, динамическая оценка рисков, постоянный контроль уровня подготовки рабочих, их обучение, личная заинтересованность руководства — вот, пожалуй, малая часть перечня тех мер, которые со временем позволят залатать все трещины «фундамента» металлургического производства — промышленной безопасности.

    Мария Сирица, начальник управления «Проектный офис» ГК «НЛМК»:

    «Мы ставили перед собой задачу научить сотрудников не только распознавать опасные ситуации, но и управлять ими, не бояться приостанавливать небезопасные работы».

    Алексей Мордвинов, начальник управления по безопасности труда АО «Выксунский металлургический завод»:

    «Любой элемент бизнеса, не говоря уже о безопасности, не будет работать без необходимой поддержки, заинтересованности и личного участия руководителя».

    Александр Лазуткин, директор по промышленной безопасности, охране труда и окружающей среды АО «ОЭМК им. А. А. Угарова»:

    «Статистика, на самом деле, вещь упрямая, и она не даёт ошибаться. Автоматизированная система управления помогает нам выявить западающие места производства, запланировать мероприятия по улучшению безопасности».

    Текст: Дарья Ципотан

    Этот материал опубликован в журнале
    Промышленные страницы №7, 2022.
    Смотреть другие статьи номера
    Автоматизация
    Рекомендуем
    Подпишитесь на дайджест «Промышленные страницы»
    Ежемесячная рассылка для специалистов отрасли
    Популярное на сайте
    Бизнес-кейсы
    Индустрия 4.0
    Подпишитесь на Телеграм-канал